Организации «Международная Амнистия» и другим организациям, занимающимся защитой прав человека

В настоящий момент в тюрьмах России удерживается несколько тысяч жителей Чеченской Республики, плененных в ходе военных действий. Вопреки нормам международного права, эти люди считаются не пленными, а преступниками, подпадающими под действие российского Уголовного Кодекса, предназначенного для мирного времени.

Примечание: «Более того, даже об уголовных преступниках в России обычно сообщается родственникам, где их содержат, публикуются их имена. Большинство же чеченцев, схваченных при самых разных обстоятельствах, чаще всего уведенных по доносам – среди таковых большинство непричастны к военным действиям вообще, – содержатся в тайне от всех, их имена не опубликованы, родственникам не сообщаются места их содержания. Иными словами, они «исчезают» при жизни. Зачастую таких чеченцев бросают в тюрьмы без суда и следствия, иногда – по сфабрикованным обвинениям, в результате судов, проведенных с грубыми нарушениями процессуальных норм, принимая в качестве доказательств признания, полученные под невыносимыми пытками. В целом в отношении пленных чеченцев применяются методы, характерные для Большого Террора сталинских времен.»

В тюрьмах большинство из них подвергаются постоянным пыткам и издевательствам. Многие, как, например, Салман Радуев, Турпал-Али Атгериев, Асланбек Алхазуров, умерли «при невыясненных обстоятельствах», а по свидетельствам очевидцев – были целенаправленно убиты. Независимую экспертизу, которая бы могла достоверно установить причины смерти, родственникам погибших провести не позволили.

Жизнь тех, кто продолжает оставаться по сей день в российских тюрьмах, находится в большой опасности. Об этом свидетельствует, в частности, история Таипова Ислама, приходящегося родственником первому президенту ЧРИ Джохару Дудаеву. Заключенные, находящиеся вместе с ним в колонии Томск-3, передали на волю записку, в которой говорилось об истязаниях его сотрудниками колонии. Близкие Ислама опасаются, что он может не дожить до освобождения.

Это всего лишь один из примеров обращения с пленными чеченцами в российских местах лишения свободы. Сообщения такого рода приходят постоянно, и все, кому доводилось когда-либо сидеть вместе с чеченцами, подтверждают, что к ним у администрации колоний, как правило, особое отношение. Часто сотрудники администрации набираются из лиц, воевавших в Чечне на стороне федеральных сил.

Чеченцы в зонах находятся в заведомо неравноправном положении. Им всем дают такие статьи, которые не подпадают ни под какие амнистии. Если у российских военных имеются награды и под эти награды их амнистируют, то у чеченцев их нет, и следовательно, под амнистии, приуроченные ко всевозможным круглым и праздничным датам, которые проводит российское государство, чеченцы опять не подпадают. Когда чеченцы попадают в зоны, то на их личном деле, почти у всех, стоят полоски – это означает «склонен к побегу», что влечёт за собой ужесточение и без того жестокого режима, в частности, во время проведения внутритюремных праздников типа «Дня колонии», когда остальным заключенным дают внеочередные свидания с родственниками, чеченцев сажают в карцер как «особо опасных». Их чаще, чем других осужденных, отправляют в ШИЗО (штрафной изолятор) и применяют в отношении них другие дисциплинарные взыскания, часто даже за незначительные нарушения или вообще при отсутствии таковых, что практически лишает их права добиться условно-досрочного освобождения. Мы считаем, что имеет место открытая дискриминация по национальному признаку.

Мы исходим из того, что российско-чеченский конфликт, даже если его подвести под категорию внутренних вооруженных конфликтов, подпадает под действие Гаагских конвенций в отношении военнопленных. Мы исходим также из того, что Россия должна соблюдать на практике свое собственное уголовно-процессуальное право современного, а не сталинского, периода.

Исходя из этого, мы обращаемся к международным организациям с целью заставить Россию признать тот факт, что все жители Чеченской Республики, осужденные за участие в так называемых незаконных вооруженных формированиях, должны быть официально признаны военнопленными, на которых распространяется действие Гаагской конвенции. Это означает, что:

1. Так как официально объявлено, что война в Чечне закончена, то все военнопленные должны быть немедленно освобождены.

2. Должен быть опубликован поименный список чеченцев-военнопленных, содержащихся в российских тюрьмах, с указанием мест их содержания и уведомлением родственников.

3. Дела заключенных чеченцев должны быть пересмотрены по части справедливости правосудного процесса.

4. Следует обратить внимание на условия содержания чеченцев в колониях и возможные факты жестокости в отношении них со стороны администрации колоний или других осужденных, и при обнаружении таковых потребовать немедленного перевода заключенного в другую колонию. Здесь хотелось бы обратить внимание еще на одно часто допускаемое грубое нарушение, на сей раз уже российского законодательства – отправки чеченцев для отбытия наказания в удаленные колонии, тогда как согласно действующему в настоящий момент Уголовно-исполнительному кодексу РФ осужденные должны отбывать срок либо по месту жительства, либо по месту, где проходил суд. Как правило, в случае с чеченцами это либо сама Чечня, либо сопредельные регионы Северного Кавказа, тогда как отправляют по этапу их обычно либо на север европейской части России, либо в Сибирь.

Уважаемые международные правозащитники, мы просим вас обратить самое серьезное внимание на сложившуюся ситуацию и остановить убийства и пытки заключенных из Чеченской Республики в России.

Елена Маглеванная
Надежда Банчик
Виктория Пупко
Андрей Желонкин
Муса Таипов

Сбор подписей в поддержку обращения проводится на страницах нашего агентства

ИА"Ичкерия-инфо"

Версия для печати